Вверх

Добро пожаловать на сайт еврейской общины Днепра

RSS
  • Годовщина исталкут Ребе Маараша
Сегодня, 13 тишрея, исполняется 135 лет со дня ухода из материального мира Четвертого Главы Любавического движения, рабби Шмуэля, известного также как Ребе Маараш.
 
Четвертый Любавический Ребе, рабби Шмуэль (Маараш) родился 2 ияра 5594 года (11 мая 1834), на сотый год после раскрытия Баал Шем Това. Его отцом был Цемах-Цедек, Третий Любавический Ребе, а матерью – ребецн Хая-Мушка.
 
Во время трапезы (по случаю обрезания младенца) р. Йеуда-Лейб, также сын Цемах-Цедека, спросил своего отца: «Кажется, ни у кого в нашей семье нет подобного имени, – сказал он и добавил, – может быть, в честь пророка Шмуэля?». Ответил ему Цемах-Цедек: «В честь водоноса из Полоцка, которого звали Шмуэль, поскольку мудрец предпочтительнее пророка».
 
Четвертый Любавический Ребе, раби Шмуэль (Маараш) был человеком, испытавшим великие мучения. Еще в дни жизни его отца, Цемах-Цедека, он уже был очень болен. Когда об этом стало известно Цемах-Цедеку, тот сказал, что если бы он узнал об этом раньше, то смог бы привлечь такой божественный свет, что его сын прожил бы, по крайней мере, пятьдесят два года, как пророк Шмуэль…
 
О Ребе Маараш рассказывают много поучительных историй. Одну из них поведал миру реб Мендель Футерфас. «Один богатый еврей из хасидов 4-го Любавического Ребе – Ребе Маараша – занимался бизнесом, связанным с древесиной, он покупал и продавал, и имел большую выгоду. Как верный хасид, обычно он спрашивал совета и просил благословения у Ребе Маараша про любую крупную сделку, и конечно, действовал, согласно совету Ребе и его указанию.
 
Один раз предложили этому хасиду-торговцу вложить почти все свое состояние в покупку огромного леса за довольно сносную цену, и была большая вероятность того, что это может принести ему большие прибыли. Но, как всегда, перед тем, как заключать такую большую сделку, приехал хасид в Любавичи, вошел на йехидут и попросил благословения Ребе на такую большую сделку.
 
Ребе выслушал все подробности сделки и сказал: «Нет. По-моему из этого не выйдет ничего хорошего. Мой совет откажись от этого предложения». Хасид-богач попытался объяснить, что именно эта сделка может принести очень большие прибыли, но Ребе стоял на своем: «Сделку заключать не стоит». Разочарованный, покинул хасид Любавичи и вернулся домой, из-за одного слова Ребе, он потерял, по его мнению, огромные прибыли. Прошло несколько дней. Когда приехали торговцы заключать сделку и услышали отказ хасида, они начали смеяться над ним, говоря, что зря он отказывается от такой доходной сделки. «Ты, наверное, просто неправильно понял слова сделки, – говорили они. – Может, есть какие-то подробности, которые ты не рассказал Ребе, и поэтому получил такой ответ, ведь известна поговорка, что как спрашивают, такой и ответ получают... Если бы ты объяснил Ребе все подробности, и рассказал бы, насколько можешь разбогатеть, то и ответ Ребе был бы совсем другим».
 
Слова купцов подействовали на хасида. Но, ведь, в конце концов, он хасид, – и он отправился в Любавичи во второй раз, и приложил все усилия, чтобы снова попасть на «йехидут». «Ребе, – сказал хасид, – по видимому в прошлый раз я не объяснил вам обо всех преимуществах сделки. Говорится о больших прибылях, можно действительно разбогатеть за один день, жить в полном достатке, и давать намного больше цдаки. Я уверен, что если бы Ребе был знаком со всеми условиями сделки, он бы посоветовал мне по-другому. Поэтому я снова приехал попросить «согласия и благословения» заключить сделку».
 
Ребе терпеливо выслушал все доводы и объяснения и сказал: «Не стоит заключать эту сделку. По-моему, тебе надо от нее отказаться». Разочарованный вышел хасид из комнаты. Он думал про себя, что происходит что-то непонятное, ведь все признаки указывают на то, что никогда еще у него не было возможности заключить такую удачную сделку. А Ребе даже не попытался объяснить, а просто сказал: «Нет»! Снова он вернулся домой павший духом, и снова начали убеждать его жена и друзья, что «нельзя», «просто нельзя» отказаться от такой возможности. «Ты «обязан», – сказали они ему, – поехать и объяснить Ребе все очень хорошо, и тогда, наверняка, ответ будет другим». И тогда снова поехал хасид в третий раз к Ребе, вошел на «йехидут», привел все свои доводы и объяснения, просто «умолял» Ребе разрешить сделать это. Ребе выслушал все и опять сказал: «Нет. Не стоит!» Снова вернулся хасид домой разочарованный, и когда снова стали его уговаривать жена, родственники и все друзья, он уже не смог устоять – он пошел и вложил все свои деньги в эту выгодную сделку. Свою совесть он успокаивал тем, что отделит на цдаку намного больше, чем отделял до этого... И так, как сказал Ребе, – так и случилось – бизнес не удался, положение ухудшилось, и хасид потерял на этом все свои деньги. Когда он уже убедился «на собственной шкуре» как важно исполнять все, что скажет Ребе попросту, «без премудростей», теперь, когда он не послушался совета и потерял все свое состояние, и вдобавок к этому эго мучили угрызения совести, что он – единственный, кто виноват в случившемся – он снова поехал в Любавичи, вошел на «йехидут» к Ребе Маарашу. На этот раз, понятное дело, в полном самоустранении и в полном раскаянии. На этот раз задержался хасид на йехидуте гораздо больше времени, чем обычно, и когда вышел, окружили его хасиды и попытались «вытащить» из него, что сказал ему Ребе. Большинство того, что сказал ему Ребе, хасид отказался рассказать, но одну вещь, которую рассказал ему Ребе, он рассказал: «Приезжают ко мне хасиды, – сказал Ребе Маараш, – и среди них большие купцы, и они спрашивают моего совета в торговых делах, которыми я никогда не занимался, ни я, ни мои отцы. Почему же они тогда спрашивают меня об этом и принимают мои советы и указания, которые я им даю? Есть три ответа на этот вопрос, и есть три вида хасидов.
 
Простые и наивные хасиды говорят: «Все очень просто. Ребе – он ведь Ребе! У него есть дар провидения, дар пророчества, его слова это слова Б-га Живого, и поэтому надо попросту исполнять его указания, без всяких мудростей!»
 
Более умудренные хасиды, не хотели делать только то, что не поддается никакому объяснению, поэтому они объясняли и говорили: «Ребе все время учит Тору и хасидизм и служит Вс-вышнему, его разум и все его желания полностью аннулируются перед желанием Вс-вышнего до такой степени, что его разум понимает все согласно разуму Торы. И поэтому, когда Ребе говорит что-то наверняка, это согласно разуму Торы, и поэтому нет сомнения, что все сбудется».
 
А богатые и знатные хасиды – домовладельцы – говорят намного проще: «К Ребе приезжают люди со всех концов мира, и самые разные люди советуются с ним. Так Ребе приобретает практику и необходимый жизненный опыт во всех областях, и благодаря своему обширному мировоззрению Ребе видит то, что не видят остальные люди, и поэтому надо делать так, как он говорит». Ребе Маараш закончил: «К какому бы виду хасидов ты не относился, ты не должен был заключать эту сделку после того, как ты три раза приезжал сюда, и три раза тебе говорилось, что не стоит этого делать».
 
После этого сидели хасиды на хасидском собрании, и после того, как хорошо смочили свое сердце вином, говорили: «Слова Ребе несомненно правда и несомненно сбудутся в любом случае, но Ребе раскрывается каждому согласно тому, как этот человек смотрит на него. Тот, кто смотрит на Ребе с простотой и душевной чистотой, такой наивный человек, у которого нет никаких прогрессивных взглядов, и который знает, что Ребе это Ребе, тогда Ребе так раскрывает и освещает ему суть вещей, что он идет уверенной дорогой, без вопросов, без сомнений и без проблем».
 
Тот, кто пытается также немного задействовать и свой собственный ум, и объяснить ход мыслей Ребе, он обычно тоже исполняет то, что сказал ему Ребе, но иногда у него появляются сомнения. Иногда он пытается убедить и объяснить, что, может быть, Ребе подразумевал совсем не это, но, в конце концов, он убеждается в том факте, что Ребе понимает намного больше, чем он, потому, что разум Ребе это разум Торы.
 
Тот, кто пытается объяснить слова Ребе тем, что у Ребе есть источники информации и обширное мировоззрение, он обычно тоже исполняет все сказанное ему, но у него это является очень большим испытанием.
 
Он уверен на все сто процентов, что Ребе сказал ему так и так, из-за этого и этого, но может быть стоит спросить еще раз и объяснить все еще раз, и тогда, конечно же, ответ будет совсем другим. И даже когда у него есть четкий и ясный ответ, все равно у него остается сомнение, не сделать ли по-другому, не дай Б-г».